Все каноны, переданные нам Святым Духом через Святую Церковь и святоотеческое наследие, в один голос призывают нас причащаться Святых Христовых Тайн не просто часто, но даже постоянно.

Практика нечастого причащения, где бы она ни брала своё начало, закрепилась в некоторых поместных церквях в результате римско-католического влияния (в первую очередь, конечно, вследствие распространения униатов на Украине и в Западной России - вплоть до начала 20 века латиняне были лишены частого причастия и для них считалось вполне нормальным причащаться только четыре раза в году).

В поддержку неправославной традиции редкого причащения некоторыми из наших собственных богословов было использовано множество законнических доводов римской церкви. Однако никому ещё не удалось оправдать её исходя из положений Православного Христианства. "О дурной обычай! О злой предрассудок!", - сокрушается Иоанн Златоуст.

Каноны Святой Церкви высказываются в этом вопросе следующим образом.

Правила Святых Апостолов гласят:

"Всех верных, входящих в церковь и писания слушающих, но не пребывающих на молитве и Святом Причащении до конца, как безчиние в церкви производящих, отлучать подобает от общения Церковнаго" (9-е Правило Святых Апостолов).

Следуя разъяснению греческой Кормчей Книги, это означает, что те, кто не находится под епитимией, то есть не является кающимся грешником, отлучённым от причастия, и кто поэтому остаётся в храме для молитвы после возгласа диакона "Оглашеннии, изыдите!", завершающего Литургию оглашенных и предваряющего Литургию верных, обязательно должны причаститься Христовых Тайн. Святые и богоносные отцы Церкви, собранные Святым Духом в Антиохии так наставляют нас:

"Все входящие в церковь и слушающие священные писания, но по некоему уклонению от порядка не участвующие в молитве с народом или отвращающиеся от Причащения святой Евхаристии, да будут отлучены от Церкви дотоле, как исповедаются, окажут плоды покаяния и будут просить прощения, и таким образом возмогут получить оное." (2-е правило Антиохийского Собора).

Разъяснение этого канона указывает совершенно определённо, что речь здесь идёт о тех, кто, оправдывая себя "соображениями смирения или благоговения", уклоняется от Святого Причастия. Выказанное таким образом смирение ложно, поскольку противоречит послушанию, а благоговение точно так же надумано, ибо делом величайшего благоговения перед Евхаристией является участие в Ней.

Св. Тимофей Александрийский выражает единодушное мнение Святой Церкви, вопрошая:

"Если же кто верный одержим бесом, должен ли приобщаться Святых Тайн, или нет?"

и тут же отвечая:

"Верный бесноватый, если не нарушает Тайны, не хулит иным каким-либо образом, то да причащается, но не каждый день: довольно для него только по воскресеньям".

Иными словами, даже одержимые бесами должны причащаться Тела и Крови Христовых каждое воскресенье, не говоря уже, - и это совершенно понятно, - об остальных верных, которые должны это делать каждый день, насколько возможно.

Пожалуй, наиболее полно общецерковное сознание в отношении к участию в Святых Таинствах выразил Иоанн Златоуст, подведя итог многочисленным святоотеческим размышлениям по этому вопросу, в своей Беседе 3 на послание к Ефесянам. Здесь он поучает сразу тех, кто причащается недостаточно серьёзно, то есть без должного уважения и надлежащей подготовки, и тех, кто причащается не на каждой Святой Литургии:

"Я вижу, что многие причащаются Тела [и Крови] Христовых просто так и как случится, движимые скорее обычаем и законническим отношением, а не разумным рассуждением..."

Святой отец обвиняет здесь не тех, кто причащается регулярно, а тех, кто делает это только по праздникам. Он далее продолжает:

"Ибо, когда придет время святой Четыредесятницы, каждый, каким бы он ни был, то есть достойным или недостойным, причащается Тайн. Так же каждый делает и когда придет день Богоявления, даже если ему не время причащаться. Но ни Богоявление, ни Четыредесятница не делают людей достойными Причащения, а делают их достойными искренность и чистота души. С этой чистотой души ты можешь причащаться всякий раз [когда присутствуешь на Литургии], а без нее не причащайся никогда, ибо, говорит [Павел], всякий раз, когда вы это совершаете, возвещаете смерть Господа, то есть совершаете воспоминание вашего собственного спасения и благодеяния, которое вам сделано. ...Ты же, имея намерение причаститься той Жертвы, перед которой трепещут ангелы, очищение ограничиваешь промежутками времени... Вижу, что происходит большой беспорядок в этом деле. Ибо в иное время вы не причащаетесь, хотя бываете зачастую и чистыми, а когда приходит Пасха, даже если сделали какое-либо зло, дерзаете и причащаетесь. О дурной обычай! О злой предрассудок! Напрасно совершается ежедневно Литургия, напрасно мы стоим в алтаре - никто не подходит причаститься. Говорю это не для того, чтобы вы причащались просто так и как случится, но чтобы вы делали себя достойными... О человек! Ты недостоин Причастия? Тогда ты недостоин и слышать молитвы Литургии. Ты слышишь диакона, который стоит и взывает: "Те, которые пребываете в покаянии, все просите Бога, дабы вас простил". Те, которые не причащаются, находятся все еще в чине кающихся. Итак, что ты стоишь? Если ты в чине кающихся, тогда ты не можешь причаститься, ведь тот, кто не причащается, среди кающихся находится. Для чего взывает [диакон]: "Изыдите те, которые не можете молиться Богу", а ты стоишь нагло? Если же ты не из кающихся, но из тех, кто имеет возможность причащаться, как же ты не заботишься, чтобы причаститься? Или ты не считаешь Причастие великим даром и пренебрегаешь им?"

И в этом-то вся суть. Тот, кто причащается Святых Тайн постоянно, не относится к Ним как к чему-то будничному и малоценному, в то время как не причащающийся, наоборот, считает Их значение для себя маловажным. Ибо, если бы он не пренебрегал Святыми Тайнами как чем-то легко достающимся и обыденным, тогда он либо подготовил бы себя должным образом к причащению, либо в горьких рыданиях о своём недостоинстве покинул бы храм при возгласе диакона "Оглашеннии, изыдите!". Напротив, постоянно причащающиеся верные никогда не пренебрегают Евхаристией, но почитают Её за величайшее жизненное благо.

"Задумайся, прошу тебя," - продолжает Златоуст, - "Здесь царская трапеза, ангелы служат на этой трапезе, Сам Царь здесь присутствует, а ты стоишь, как зевака. Одежды твоей души нечисты, и это тебя не трогает? Но [может быть] они чисты? Тогда садись и ешь от нее :Ведь всякий не причащающийся Тайн стоит бесстыдно и нагло. По этой причине [диаконы] удаляют первыми тех, которые пребывают во грехах... Когда ты услышишь: "Помолимся все сообща", когда ты увидишь, что открываются врата алтаря, тогда считай, что открывается небо и снисходят ангелы. И как не должен быть здесь ни один некрещеный, так не должен быть и ни один [хотя и крещеный, но] нечистый и скверный.

Хотел бы сказать вам еще больше и страшнее, но, чтобы не перегружать ваш ум, достаточно и этого. Ибо те, которые не вразумляются этим, не смогут вразумиться и большим. Итак, дабы наши слова не послужили к еще большему осуждению вас, просим вас не о том, чтобы вы не приходили, а о том, чтобы вы соделали себя достойными и присутствия [на Литургии], и Причащения."

Наконец, святые и богоносные отцы Шестого Вселенского Собора, призывая нас к Святому Причащению, учат:

"Человека, созданнаго по образу Божию, Божественный Апостол велегласно нарицает телом Христовым и храмом. Ибо выше всякой чувственной твари быв поставлен, спасительными страданиями небеснаго достоинства сподобившийся, и ядущий и пиющий Христа, непрестанно преобразуется к вечной жизни, и душу и тело освящая причащением Божественной благодати." (Правило 101 Шестого Вселенского Собора).

Перевод с английского